ИНТЕРВЬЮ ВИТАЛИЯ МАСЛОВА АГЕНТСТВУ «ПРАЙМ»

ИНТЕРВЬЮ ВИТАЛИЯ МАСЛОВА АГЕНТСТВУ «ПРАЙМ»

Как «Шелл» развивает сеть АЗС во время кризиса, а еще как определить качество топлива и возможно ли России отказаться от него полностью, в интервью агентству «Прайм» рассказал директор по развитию и операционному управлению сети АЗС «Шелл» в России Виталий Маслов.

— Выполнила ли компания в этом году план по открытию новых АЗС в России? 

— Действительно, мы открываем в этом году 400-ю станцию. Произойдет это чуть ближе к Новому году – 28 декабря, она будет открыта в Белгороде. Зима у нас — это практически нерабочий период для строительства, а с марта по май стройка в ряде регионов была невозможна из-за пандемии. Поэтому по факту мы начали работы в середине июня. Несмотря на это, мы выполняем наш план и открываем 40 станций в этом году, а 50% этих открытий приходится на декабрь, и до начала 2021 года планируем нарастить количество АЗС до 406.

Хочу отметить, что в декабре у нас произошло также еще одно примечательное событие. В Адыгее открылась вторая станция в России, которая оснащена солнечными модулями. Благодаря этому мы сможем обеспечивать электричеством около трети от общего потребления станции. Первую такую АЗС мы уже открыли в июне в Ростове-на-Дону.

— Каким выдался этот год для компании?

— Конечно, год был непростой. Но по сравнению с рядом других отраслей, например, ресторанами и фитнес-центрами, этот год для нас был довольно успешным, хоть и хуже, чем прошлый. В марте-апреле мы очень сильно почувствовали введение режима самоизоляции. Люди перемещались ограниченно, снижение трафика в пиковые дни достигало 40% по отношению к прошлому году. Но уже с июня, когда ограничения начали снимать в ряде регионов, мы почувствовали приток людей. С середины июня мы вышли на объемы 2019 года, а летом и осенью даже работали с небольшим превышением против прошлого года. Так получилось благодаря тому, что огромное количество наших соотечественников остались в стране, не поехали в зарубежные отпуска и начали перемещаться по России. Я думаю, что у вас, как и у меня, есть много знакомых, которые в этом году посетили Алтай, Карелию, юг России и другие регионы.

— Как текущая непростая ситуация на топливном рынке сказалась на маржинальности продаж компании? На каком уровне она сейчас находится и сильно ли она изменилась по сравнению с докризисными уровнями? 

— Рынок России характеризуется тем, что маржинальность не то, что от года к году, а, даже порой от месяца к месяцу очень меняется. И тут очень большое количество факторов: сезонность, ряд макроэкономических факторов, таких как как экспортная альтернатива, когда производителям выгоднее направлять топливо за рубеж, а не на внутренний рынок. Могу сказать, что маржинальность в этом году чуть ниже, чем плановая, которую мы закладывали.

Сейчас об этом ведется довольно много переговоров с профильными министерствами. В частности, в рамках Российского топливного союза ведутся переговоры о том, чтобы маржинальность была на приемлемом уровне. Ну и наверняка вы слышали о демпферном механизме, который был внедрен не так давно в России.

— Какой уровень маржи приемлем для вас?

— Не хотелось бы говорить абсолютные цифры. Это очень сильно зависит от типа продукта и региона, потому что есть регионы, которые менее маржинальны в силу ряда обстоятельств, в том числе и конкурентной среды. Могу лишь сказать, что мы движемся вместе с индустрией, но с учётом планов по долгосрочному развитию бизнеса при обеспечении текущего высокого уровня сервиса нам есть куда стремиться в направлении оптимальной маржинальности.

— Одним из факторов низкой маржинальности розничного топливного бизнеса часто становится высокая комиссия банков за платежи по картам (эквайринг). Влияет ли это на ваш бизнес?

— Да, это то, с чем государство могло бы нам помочь. Мы неоднократно поднимали тему с очень высокой долей эквайринга при безналичных расчетах. Любая розничная компания, работающая в секторе топливной розницы, несет довольно высокие расходы на эквайринг, это порядка 1,5%. Если говорить про абсолютные цифры, на эквайринг уходит порядка 70 копеек с литра. Примерно такого же масштаба расходы мы несем на хранение и транспортировку топлива.

Наши европейские коллеги, например, в Польше, платят в 3-4 раза меньше, там ставка эквайринга порядка 0,4%. Если говорить про Россию, то, например, рестораны быстрого питания, платят 0,95%.

Операторы топливной розницы в свое время жаловались на низкую маржинальность продаж, но в качестве решения этой проблемы предлагалось активнее развивать нетопливный сегмент на АЗС. Мы это направление развиваем и от года к году прирастаем двузначными цифрами. Но тем не менее расходы на эквайринг в процентном отношении не падают. Увеличивается количество АЗС и, собственно, клиентов, которые рассчитываются по карте. Пять лет назад только 25% наших клиентов оплачивали картой, сейчас это 65%. А эквайринг как был 1,5%, так и остается.

— Ведутся ли с профильными ведомствами переговоры по этому вопросу?

— Как член Российского топливного союза мы неоднократно обращались к профильным министерствам, к правительству с просьбой о снижении или хотя бы привидении к ставкам, которые уже существуют. Например, как в ресторанах быстрого обслуживания. Но, к сожалению, здесь не нашли понимания. И мы как компания сейчас будем делать ставку на систему быстрых платежей (СБП) и оплату через QR-коды. Мы уже пропилотировали 12 станций, это очень хорошо работает и на следующий год мы выстроили программу по продвижению оплаты с помощью СБП и WebMoney.

— Давайте перейдем к вашим планам на ближайшие годы. В середине прошлого года в головной компании были озвучены планы увеличить количество заправок в России под брендом Shell к 2024 году приблизительно вдвое. Какие сейчас у вас планы по расширению сети на 2021 год и на горизонте ближайших пяти лет?

— Shell рассматривает Россию как рынок для роста, наряду с такими странами как Китай, Индия, Бразилия, Мексика. И планы остались неизменными — мы хотим увеличивать количество АЗС на территории России. Когда мы сможем его удвоить, сказать довольно сложно. Сейчас такие времена, трудно спрогнозировать. Тем не менее на ближайшую перспективу мы не хотели бы терять тот темп, который взяли в этом году. Мы открыли 40 станций, и в общем хотим развиваться в том же темпе.

— Shell работает также на российском рынке газомоторного топлива, а в этом году открыла первую АГНКС (газовую заправку – ред.) в Белгородской области. Каковы планы компании по развитию этого направления?

— Да, у нас есть классическая история с пропан-бутаном — ряд АЗС в Ростове-на-Дону, Ульяновске, Белгороде и Воронеже уже реализуют пропан-бутан. При этом у нас нет разделения между чисто бензиновыми станциями и чисто газовыми. Эти заправки мультитопливные: если позволяет территория, на них устанавливается дополнительный агрегат для заправки газом.

Если говорить про компримированный газ, то, действительно, у нас открылась первая станция в Белгороде, и планируется до конца этого года и в следующем году открытие еще как минимум двух объектов в Белгороде, которые будут реализовывать именно компримированный газ. Пока именно в этом контексте четких планов на ближайшее время нет, потому что это направление пока очень сильно ориентировано на B2B, в основном, на муниципальный транспорт. Здесь очень важно иметь контракты, чтобы обеспечивать клиентскую базу и окупаемость. В Белгороде у нас это получилось, но в других регионах мы пока только присматриваемся к этому рынку.

— Сколько в России сейчас ваших заправок, на которых можно заправиться, в том числе, газомоторным топливом?

— Пропан-бутан используется на трех наших АЗС в Ульяновске, ещё две будут открыты в декабре 2020 года — на 19 АЗС в Ростове и на четырех станциях в Белгороде. КПГ используется на одной станции в Белгороде и ещё на двух в том же регионе должны появиться модули в начале 2021 года.

— Правительственная программа развития рынка газомоторного топлива предполагает субсидии компаниям, которые строят газовые заправки. Участвуете ли вы в этой программе?

— Да, станция по продаже компримированного газа (КПГ) как раз проходит по этой программе. То есть наш партнер, который владеет этой станцией, получил или получит субсидии.

— Глава Shell в России Седерик Кремерс еще в 2018 говорил, что Shell изучает также возможность продажи на своих АЗС в России газомоторного топлива на основе СПГ. Сохраняет ли компания планы по этому направлению?

— Для того, чтобы запустить двигатель внутреннего сгорания на СПГ, необходима довольно дорогостоящая установка, которая устанавливается, как правило, на грузовиках. Чтобы это окупалось и было рентабельно, необходим парк таких автомобилей и, соответственно, долгосрочные контракты, потому что вложения довольно серьезные. У нас есть ряд таких станций в Европе, даже в Восточной Европе — недавно была открыта первая СПГ-заправка под брендом Shell в Польше. Мы очень активно смотрим на развитие ситуации. На ближайшие несколько лет у нас нет планов открытия таких заправок в России. Но в перспективе мы сможем использовать наш международный опыт, опыт наших коллег из Восточной Европы.

— Немного о финансовой стороне этого вопроса. Насколько для компании выгодно расширение сети газовых заправок, насколько их строительство дороже, чем бензиновых и какой примерно срок их окупаемости?

— Я думаю, независимо от того, газовая это станция, или продающая бензин или дизельное топливо, сроки окупаемости должны укладываться в единые рамки. Потому что компания выделяет деньги и ожидает определенный срок возврата. Если говорить про строительство — у меня нет точных цифр, но оборудование, которое устанавливается на газомоторных станциях, дороже. И, наверное, именно поэтому государство и субсидирует эту историю, потому что понимает, что на развивающемся рынке бизнесу нужно помогать, в противном случае бизнес будет сам дотировать подобные проекты, чего, конечно, не хотелось бы.

— В мире последнее время активно растет рынок электромобилей: по прогнозу МЭА, мировой парк электрокаров к 2030 году может вырасти минимум в 20 раз. Как, на ваш взгляд, будет развиваться этот рынок в России и каковы планы Shell в этом направлении?

— Действительно, в ряде стран этот рынок развивается очень бурно. В Дании, Норвегии чуть ли не половина парка — электромобили. Великобритания запретит продажу машин с двигателями внутреннего сгорания с 2030 года. Что касается России, в начале 2019 года у нас было зарегистрировано около 3 тысяч электромобилей, теперь их немного более 6 тысяч. Но если говорить про абсолютное количество, то 6 тысяч – это, действительно, ничтожно малое количество, чтобы говорить о серьезном развитии инфраструктуры такого рода.

У нас сейчас есть 8 АЗС, которые оборудованы электрозарядками. При этом мы не устанавливаем электрозарядку на каждой новой заправке, а смотрим на так называемые коридоры. У нас один из таких коридоров — Москва — Санкт-Петербург, и можно даже до границы с Финляндией доехать, заряжаясь на наших АЗС. В разработке еще один коридор, Москва — западная граница с Белоруссией. Мы рассматриваем также несколько хабов в Санкт-Петербурге, Москве и Казани.

Если у вас есть электромобиль и вам нужно зарядиться, я думаю, что АЗС – это не первое, что приходит в голову. Наверняка будет удобнее зарядить машину на парковке собственного дома или торгового комплекса. Но проблемы возникают, когда нужно перемещаться из одного города в другой, это направление нужно развивать на АЗС. Мы открываем по несколько таких АЗС в год. Точных планов по темпам наращивания числа электрозарядок на следующий год пока нет.

— То есть на данный момент вы не видите целесообразности в открытии отдельных электрозаправок? 

— Да, мы на данный момент рассматриваем перспективу развития электрозарядок исключительно в комплексе с нашими АЗС.

— Сейчас экологическая повестка становится все более актуальной, пока в большей степени в Европе, но и в России этот тренд набирает обороты. С этой точки зрения, какое топливо вы считаете более перспективным и экологичным?

— Официальных исследований на предмет того, какое топливо наиболее экологично, я не встречал. Но в любом случае, чтобы где-то произвести энергию, нужно что-то сжечь.

Сейчас мы наблюдаем, что двигатели внутреннего сгорания становятся очень экономичными. Если раньше расход топлива составлял 15-20 литров на 100 километров, то сейчас уже 4-6 литров. Также есть масса экологических стандартов на топливо Евро-5 и Евро-6.

Поэтому я бы не делал далеко идущих заявлений, какое топливо наиболее экологичное. Мне кажется, что мы все движемся в этом направлении — не только АЗС и производители топлива, но и вся автомобильная индустрия. Я уверен, что Россия будет идти по некому сбалансированному пути развития, где в том числе будет место и двигателям внутреннего сгорания на долгосрочной основе.

— Другими словами, вам кажется, в России еще не грядет полный отказ от бензина?

— В ближайшей перспективе наверняка нет. Надо учитывать масштабы нашей страны. У нас есть огромное количество автомобилистов, которые передвигаются на большие расстояния. И, мне кажется, чтобы электромобили получили свое значимое место, нужно много сделать. Во-первых, электрокары дороже, то есть необходимы субсидии со стороны государства, налоговые послабления. Во-вторых, необходима готовность людей переходить на электромобили. А в-третьих, разумеется, необходимо наличие соответствующей инфраструктуры.

Лет 10-15 назад люди боялись покупать автомобили с дизельными двигателями, потому что были уверены, что не найдут хорошего дизельного топлива, отъехав от Москвы или Санкт-Петербурга. Но это уже в прошлом. А сейчас мы говорим то же самое про электричество. Но, как мы видим на примере Скандинавии, здесь огромную роль играет государство. От него во многом зависит, как будет развиваться эта отрасль.

— Хотелось бы поговорить о качестве топлива. Как потребитель может определить его самостоятельно? На некоторых заправках операторы отказываются заливать топливо в тару покупателей. Означает ли это, что они таким образом скрывают низкое качество бензина?

— Разливать топливо в пластиковые прозрачные емкости действительно запрещено. И не потому, что потребитель увидит цвет и по цвету определит качество, а потому, что это просто небезопасно. Иногда люди могут пытаться залить в пустые бутылки из-под воды, которые не приспособлены для того, чтобы в них хранилось топливо. Поэтому мы заправляем топливо только в специально предназначенные канистры, которые клиенты могут в том числе купить у нас в магазине на АЗС.

Более того, заливать топливо в неприспособленные для этого емкости просто запрещено законом Российской Федерации. Был случай, когда человек просил залить бензин в стеклянную банку из-под варенья, чтобы заправить стоящий в деревне мотоцикл. Человек приходит с банкой, и мы вынуждены 15 минут ему отказывать.

А если говорить про качество топлива, то на наших заправках есть все сертификаты качества. Эти документы находятся в свободном доступе в уголке клиента. Также на случай возникновения каких-либо претензий у нас на АЗС всегда хранятся арбитражные пробы – это пробы всех видов топлива, которые отбираются при приемке бензовоза, пломбируются и тоже хранятся на АЗС.

Кстати, говоря про недолив, на каждой АЗС, не только нашей, должен быть поверенный мерник. Если клиент хочет проверить, он может попросить и ему нальют мерник с любого пистолета и объем розданного топлива на колонке должен совпадать с тем, что находится в мернике. Такие случаи бывают.

— Некоторые автомобилисты считают, что следует выбирать 92-й бензин, потому что в 95-ом и выше может быть много присадок, потенциально вредных для автомобиля. Исходя из общей практики, действительно ли 92-й бензин безопаснее?

— У меня нет данных о каких-либо достоверных исследованиях на эту тему. Я бы посоветовал всегда следовать рекомендациям автопроизводителей и если для конкретного автомобиля рекомендуется использовать бензин с октановым числом не ниже 95, то стоит заливать именно его.

— На фоне пандемии становятся все более популярными бесконтактные сервисы. Не планирует ли Shell открывать заправки, которые бы работали автономно, без персонала? 

— Бесконтактно можно заправляться на наших АЗС уже сейчас. Это можно сделать с помощью сервиса “Яндекс.Заправки”. Вы выбираете номер колонки, топливо и оплачиваете. Затем данные поступают на кассу АЗС и оператор дает сигнал заправщику. А далее либо вы сами, либо, если говорить про полную бесконтактную заправку, заправщик заправляет автомобиль, и вы можете уехать, не выходя из машины.

На рынке есть и полностью автоматические АЗС, без людей и магазина. Но мы сейчас не рассматриваем такую возможность, планов развивать АЗС-автоматы у нас нет.

— Падение маржинальности топливных продаж на фоне пандемии приводит к тому, что для многих АЗС продажи сопутствующих товаров становятся основными источниками дохода. Shell планировала поднять долю нетопливного бизнеса в России с 30% до 50% уже к 2025 году. Сохраняются ли эти планы, продолжается ли работа в этом направлении?

— Равные доли топливного и нетопливного бизнеса — это стратегический план, который компания обозначила себе и в России, и в целом в мире. В России 35% операционной прибыли формируется в нетопливном сегменте, и мы будем наращивать темпы развития. Например, если говорить про продажу кофе, мы уже достигли показателя по кофе каждому пятому гостю.

Помимо этого, у нас развиваются другие виды сотрудничества. Например, при возможности мы сдаем в аренду часть помещения. Так, в декабре прошлого года мы открыли первый ресторан “Макдональдс” на территории нашей АЗС, через несколько дней открываем второй ресторан, а в январе – третий. И таких темпов мы хотим придерживаться — открывать на территории наших АЗС минимум два-три ресторана в год. Такое сотрудничество приносит как прибыль от аренды, так и дополнительный трафик. Это тоже один из элементов движения в направлении 50/50.

 — А вы сами водите машину?

— Да, вожу, обязательно. Причем у меня есть как бензиновая машина, так и с дизельным двигателем. Разные варианты.

— Тогда такой вопрос на засыпку. Если поблизости нигде нет заправки Shell, как вы принимаете решение, где заправиться?

— Смотря насколько критическая ситуация. Стаж вождения у меня с 1995 года, получается, 25 лет. И буквально 1 декабря первый раз в жизни произошла ситуация, когда у меня реально закончилось топливо, и я просто встал. Я планировал ехать на нашу заправку, но не доехал. Пришлось припарковать машину, найти ближайшую АЗС и просто идти пешком. Там купил канистру, залил порядка 5 литров и пошел обратно. Не буду говорить про бренд заправки, но это было в Москве. Когда ситуация такая патовая, идешь туда, что ближе, не до выбора.